?

Log in

No account? Create an account
Дом танцующего дракона
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends View]

Wednesday, December 7th, 2005

Time Event
5:37p
Личность в бизнесе: личные заметки
Интересный вывод напрашивается из моей консалтинговой практики последнего времени: консультирование владельцев бизнеса неизбежно должно комбинировать консультирование по бизнес-вопросам и консультирование по личностному развитию. Если последнее невозможно в явной форме, так или иначе оно должно проводиться неявно. Личность владельца бизнеса определяет его приоритеты и способы управления бизнесом. Когда начинаются проблемы - это проблемы во многом личностные, и систематические проблемы возникают именно на уровне верховодящей личности. А поскольку личность верховодит, лидирует - сломать ее под задачи бизнеса невозможно, и правильным подходом может являться только постраивание конфигурации бизнеса под личность.
Консалтинг как "преодолевание разрыва в компетенциях" - это только маленькая часть той задачи, которая стоит перед консультантом. Причины неудач всех консалтинговых проектов - в неспособности консультантов понять, что нужно клиенту, и в неспособности клиентов признать, что им нужно отнюдь не то, на что они подписали консультантов.
6:08p
Motto ever
Do not ask me who I am and do not ask me to remain the same
M. Foucault
7:40p
Модальности?
Сознание, как говорит Тарт, это инструмент для существования в определенных условиях, для взаимодействия с людьми, животными, предметами. "Будничное" или "обыденное" сознание предполагает рутинную, каждодневную, постоянно предъявляемую нам реальность. В этой реальности ищутся наилучшие способы существования (паттерны поведения), определяемые свойствами физической реальности и структурой / наполнением социальных отношений.
В этом смысле правы Выготский, Лурия и др., что сознание социально определяемо. По Гоффману, социальная личность - это набор множества масок для каждого случая и каждой ситуации.
Соответственно, наше будничное сознание обладает несколькими режимами (и поддерживающими их структурами), которые НЛП называет "модальностями". Мы совершенно различны в режиме менеджера, отца, любовника, солдата и пр. Мы по-разному думаем, по-разному оцениваем ситуацию (т.е. получаем и обрабатываем информацию), по-разному себя ведем, по-разному держим свое тело.
Но степень пластичности этих модальностей в разное время различна. Когда мы первый раз сталкиваемся с определенной ситуацией и выбираем под нее роль (способ себя вести), у нас гораздо больше вариантов, чем когда мы сталкиваемся с ситуацией в стопервый раз. Отбираются и закрепляются определенные привычки, ментальные конструкции, рутины. Режим (и соотв. набор структур) цементируется. Возникает то, что можно обозначить как "субличность" (или, используя мою метафору, "зверя в клетке").
Итак, есть роли-модальности, которые хороши ситуативно. Но цементация делает их ригидными, они становятся жестким панцирем, от которого нельзя избавиться по собственному желанию в любой момент времени. Соответственно, они часто не спадают при смене контекста. Появляется двойственность - несовпадение контекста и режима существования сознания. Это, возможно, и есть причина double bind ("двойное сообщение", "двойственная связь"), о котором писал Г. Бейтсон.
Таким образом, "шизофрения" - это нормальное состояние всякого человека; ошибочно полагать, что существует какое-то целостное единое "я", проявляющееся одинаково во всем разнообразии окружающих нас ситуаций. Разделение труда (и в принципе процессы дифференциации общества) закрепляет шизофреническую (расщепленную) структуру личности: если раньше работа, общение с домашними, воспитание детей и пр. были организованы в одном и том же пространстве, с одними и теми же людьми, и "режимы сознания" перетекали друг в друга относительно плавно, то сейчас мы больше похожи на био-компьютер, в который загружаются последовательно рабочие, развлекательные и сервисные программы. "Отчуждение", о котором любят рассуждать марксисты - только внешняя сторона психической адаптации, а "клиповое сознание" - только одно из возможных ее проявлений.
"Цементация" - это борьба за психические ресурсы, самое ценное из которых - время. Время существования и время переключения в другой режим - чем плотнее сознание засело в текущем режиме, тем сложнее ему перепрыгнуть в другой. Каждый из режимов надо поддерживать (я говорил об этом все в той же метафоре с "животными" как о "кормлении"). Соответственно, какие-то структуры чахнут и угасают, какие-то крепнут и пухнут. К примеру, один поэт уверял, будто "стихи можно писать везде и всегда"; вероятнее всего, он просто не был в тех краях психической реальности, где стихи писать невозможно: "кормление" подличности "менеджер" убивает подличность "поэт". Другой пример - военный приходит домой или в магазин, но по выправке и манере разговора ясно, что он военный; субличность "села" на него и "съела" все остальные.
"Цементация", вероятнее всего, предполагает дальнейшее дробление - происходят вариации внутри какой-то субличности: менеджер работать в режиме "бурный энтузиазм" и в режиме "проклятая текучка", но основная его модель поведения будет оставаться менеджерской.
8:01p
Модальности ИСС
Измененные состояния сознания - будут предполагать ту же структуру, что и "будничное" сознание. В них есть модальности, а при длительных практиках некоторые из этих модальностей цементируются в субличности. Возникает йогическая, шаманская, медитативная субличности, о которых пишет Уолш (может возникнуть и закрепиться одна из них, при некоторых условиях может возникнуть и несколько, но здесь все та же проблема конкуренции субличностей за психические ресурсы).
Соответственно, измененные состояния сознания могут достаточно легко "якориться" - с ними будут увязываться ситуации, обстановка, жесты и пр. Попадая в церковь, человек испытывает благоговение, вдохновение, подъем духа (и более сложные и "высокие" душевные проявления) во многом потому, что сам разрешил себе испытывать эти ощущения именно здесь. Иконы и изображения божеств служат такими же якорями ИСС в окружающей нас "будничности".
Вполне возможно, не существует однозначного и жесткого разделения "будничных" и "измененных" состояний сознания. Существует целая лестница (или, скорее, лабиринт) таких состояний, а какие-то из них "цементируются" и тем самым становятся аттракторами, в которые сознание сваливается. Далее "пространство" между этими состояниями практически не посещается, и начинает выглядеть как "порог" - хотя, возможно, этот "порог" иллюзорный и легко преодолимый. Ограничение поместить себя в другой режим и укрепиться в нем ровно одно - мы не знаем, как себя в этот режим поместить, и никто, кроме нас самих, не может дать нам этого опыта, как нельзя научить другого человека мыслить, можно только помочь ему научиться.

Вопрос, который следовало бы задать: зачем в принципе нам нужны ИСС? Почему на всем протяжении регистрируемой человеческой культуры вновь и вновь люди испытывают потребность в "высоком", "ином"? Почему при глубинных практиках работы с сознанием (или временно, под воздействием психоактивных веществ) человек ощущает себя более "целостно", более "истинно"?
Ответ, который дает conventional psychiatry: ИСС - это дисфункции высшей нервной деятельности. Но такая точка зрения не объясняет потребность в ИСС (из которой, как показывает Данилин, и вырастает зависимость от психоактивных веществ).

Стоило бы предположить, что ИСС являются "адаптивным механизмом" не в меньшей степени, чем будничное сознание. Поэтому так важны и сновидения, и религиозные переживания, и медитативные практики, и наркотические трипы. Но какова та реальность, к которой они нас адаптируют?

<< Previous Day 2005/12/07
[Calendar]
Next Day >>
My Website   About LiveJournal.com