April 4th, 2004

dragon

Декомпозиция музыки

Вчера я внезапно понял, что то, что я писал об изобразительном искусстве, в полной мере применимо и к музыкальному.
А именно - музыкальное сообщество последних десятилетий выходит к поиску чистой формы. Первоначального "ключевого раздражителя", аппелирующего к самым глубоким (возможно, врожденным) структурам психики.
Момент изощренной, вычурной, совершенной композиции мы фиксируем у Моцарта. Для меня это - непревзойденная вершина звука, примерно так же, как "Солнце русской поэзии" не было превзойдено никем в слове, а фрески Микельанджело - никем в изображении.
Более поздняя классическая музыка, особенно конец 19 и начало 20 века, конечно, совсем другое. Не ясно вообще, стоит ли ставить на одну плоскость Равеля, Листа, Моцарта и Баха. Совсем разные планы. Но - музыка, музыка как изначальное божественное искусство для услаждения слуха избранных.
Спуск в джаз, появление блюза и рока - сильно напоминает изобразительные эксперименты, начавшиеся в 80-х годах 19 века и продолжавшиеся лет 30 (еще до появления кубизма, абстракционизма и иже с ними). Разнообразие, выход за канон, поиск новых звуковых сочетаний вне изведанного поля. И причины примерно схожие - как внутри самого искусства, так и в его "социальном контексте".
Но вот и финальная стадия - выход на поиск "исходной" музкальной фразы, "исходного" ритма.
Что есть рэповая культура (оставляя ссылки на происхождение от перестуков тамтамов войны)? - чистый ритм, ритмика, лишенная всех дополнительных "обвесов" в виде гитарных переборов, переливов флейты и прочей нотной шелухи. Послушайте какой-нибудь Busta Rhymes, где больше двух-трех нот в композицию вложить не решаются.
Другая сторона - миксы и ремиксы, ди-джейская культура. Композиция, построенная на простейшей музыкальной фразе - какой-нибудь De Phazz, скажем, Cut The Jazz. Навязчивое повторение, так контрастирующее со сложной мелодикой "классики" (впрочем, даже с менее сложной мелодикой роковых вещей), но - оно цепляет нас, птенчиков, нащупанным "первичным образом", и мы слышим (видимо, слышим) не меньше, чем в ином фрагменте Штраусса.
Для изобразительного искусства его поиск закончился печально. Все первичные формы были исчерпаны, и художество радостно остановилось у черты, за которой пустота. Хороший и плохой художник теперь не различимы, простые образы и техники переоткрываются с навязшим в зубах постоянством. Я, правда, не искусствовед, это, скорее, субъективные оценки. И все же - к чему движется современная музыка? К декомпозиции себя и (посему) потере смысла?